Чтобы пройти в маленькую кухню, примыкающую к большой комнате, служащей гостиной и спальней, Блэр пришлось обогнуть гору коробок. Ее приятно удивило, что холодильнику на вид не более двадцати лет. В морозильном отделении стояло ведерко со льдом. Взяв несколько кусочков льда, Блэр положила их в высокий бокал и открыла баночку с содовой. Не успела она наполнить бокал, как послышался стук в дверь.

– Ну, вот. Попить не дадут! – пробормотала она. Отхлебнув напиток, еще не успевший охладиться, Блэр снова обошла коробки и открыла дверь. – Не очень-то вы торопитесь, – недовольно сказала она.

– Прошу прощения, – ответил незнакомец.

Взгляд Блэр уперся в могучую грудь, и ей пришлось сильно откинуть голову, чтобы увидеть его глаза. Боже! Она никогда не встречала таких загадочных глаз, потрясающе голубых, с длинными загибающимися кверху ресницами, темными у основания и золотистыми на концах. На загорелом лице выделялись тонкие белые линии мелких морщинок: они шли от уголков глаз к вискам. Из-под хорошо очерченных густых бровей незнакомец смотрел на Блэр так же пристально, как и она на него.

Не выдержав этого взгляда, она чуть опустила глаза, решив, что так будет безопаснее. Но теперь перед ней были его усы, такие же золотисто-каштановые, как и брови. Они изгибались над широким чувственным ртом. Сильный и решительный подбородок пересекала вертикальная линия. Стараясь не рассматривать незнакомца, Блэр скользнула взглядом по прекрасно очерченному носу, чуть впалым щекам и крепким скулам. Она заметила, что взгляд незнакомца все так же пристально устремлен на нее. За всю жизнь Блэр не встречала более привлекательного мужчины. Она почувствовала, что у нее отнимается язык. С трудом взяв себя в руки, стараясь не заикаться, Блэр проговорила: